Читаем без скачивания Сага о Бриттланде [СИ] - Наталья Викторовна Бутырская

ульвер. Вы все идите в бездну! У меня нет корабля, и я больше не хёвдинг. Нет больше сноульверов!

Мы молчали.

Наверное, он был прав. Но не стоило из-за этого бросать своих людей. Тех, кто тебе доверился.

Я вытер пот, засунул топорик обратно в петлю и сказал:

— Я иду в Сторборг. Там я узнаю, кто на самом деле сжег Волчару. Буду ждать там.

И пошел вниз по берегу. Не сказав ни слова, Тулле последовал за мной. За ним пошел Сварт, Аднтрудюр и… Видарссон. Вот уж от кого я не ожидал! Немного погодя нас догнали трое новеньких. Все, кто пришел в хирд из-за меня.

Мы молча продирались сквозь заросли, следуя извилистому руслу притока, потом отошли немного в сторону, и стало легче. Местные леса кишели дичью. То и дело мы находили звериные тропы, ведущие к воде, пару раз спугивали оленей, слышали волчью перекличку, а, завидев кабаний выводок, не удержались и подбили поросенка. Мамаша ринулась было на нас, но отступила, ощутив силу шестирунных. Сейчас бы я легко убил того кабана, который напугал меня неподалеку от Растранда.

Дикие места. Здесь не сеяли зерно, не ставили дома и не пасли скот, ни единой лодчонки не прошло по притоку, не стояли сети, может, из-за близости дурного болота, а может, еще почему. Да, возле притока почва была глинистой, но отойди подальше, выруби деревья, выжги подлесок, и можно ставить дом, пахать землю. У нас, на Севере, такими хорошими участками не разбрасывались. Из-за меньшего куска враждовали ярлы Сигарр и Хрейн. А здесь все пустовало. Неудивительно, почему в Бриттланд хлынули норды.

На ночлег остановились загодя, чтобы не спеша сделать мягкий настил из сосновых веток, собрать дров на всю ночь и приготовить ужин. Из припасов у нас был один мешочек с солью, спасенный Аднтрудюром. Видарссон выпотрошил кабанчика, обмазал глиной и закопал его под угли, и мы сели вокруг костра и подождали, пока он запечется.

Я посмотрел на ульверов и улыбнулся. Такие разные.

Невозмутимый Тулле, самый спокойный из всех, пока на него не нахлынет бешенство. Высокий, красивый даже с одним глазом и тремя полосками шрамов на лице, синяя полоса извивается на правой руке. Мой брат, друг и заплечный.

Видарссон. Огромный и косматый, как бык, густая курчавая борода и кустистые брови закрывали большую часть его лица. Он выглядел самым взрослым и суровым среди нас, хотя был слабее всех. Единственный на третьей руне. Я не понял, почему он пошел со мной, ведь я его постоянно шпынял и даже бил. Хотя, может, именно поэтому и пошел.

Сварт Тролль. Сварт Безоружный. Ростом чуть выше меня, но вдвое шире. Молчаливый, но не глупый, большой любитель пещер. У него одного, кроме меня и Альрика, было условие на получение благодати, и оно ему удивительно подходило. Его руки обладали чудовищной силой и могли смять что угодно.

Аднтрудюр Айсландер, мой шурин. С крупными правильными чертами лица, длинными темными волосами, непрошибаемой невозмутимостью и безумной страстью к женщинам. Говорил еще реже, чем Сварт, беспрекословно выполнял любые поручения и приказы, и хотя явно ценил Альрика выше, в итоге ушел за мной.

И трое новеньких. Азартный и увлекающийся Плосконосый, чем-то напоминавший меня в детстве. Пухлый Ледмар, который, впрочем, начал усыхать, и через жирок уже проступали крепкие мышцы и острые кости. Стройный, по-девичьи красивый Херлиф с огромными влажными глазами хоть и казался самым безобидным из этих троих, именно он обладал лучшими боевыми навыками.

И теперь я нес за них ответственность.

— Видарссон, — сказал я, и парень вздрогнул от неожиданности. — Когда будем в Сторборге, я могу отправить тебя на Северные острова. Вернешься к отцу, к земле и хозяйству.

Он испуганно раскрыл рот, но перечить не стал.

— Аднтрудюр. Думаю, серебра хватит и на тебя, но как добраться до твоих родных, я не знаю. Пока туда торговцы не ходят.

— Я не вернусь, — ответил шурин. — Там каждый день и каждый год одно и то же. Одни и те же люди, одна женщина на всю жизнь. Лучше останусь здесь.

— Я тоже! — воскликнул Видарссон. — Не хочу к отцу! Он же меня убьет!

— Сварт? Могу и тебе купить место на корабле, но тебе есть куда возвращаться?

— Моя единственная семья — это ульверы, — ответил Безоружный.

— Так ведь нет больше ульверов. Альрик правильно сказал: нет корабля — нет хирда.

— Но вы-то есть. Есть ты, Тулле, вот эти парни. Этого хватит.

Тогда я повернулся к новеньким.

— А вы? Сумеете добраться от Сторборга к родным? Или снова пойдете в рунный дом?

Они переглянулись, и Херлиф с улыбкой ответил за всех:

— Мы пока останемся с тобой, если не прогонишь. Уйти никогда не поздно.

— Иногда все же бывает поздно, — и я кивнул в сторону реки, напоминая об Арне и Халле.

— Мы всё же попробуем, — еще шире улыбнулся он.

Тулле я не стал ничего предлагать, он сам выберет путь, и я его поддержу в любом случае.

— Почему вы пошли за мной? Я не хёвдинг. Альрик прав: я постоянно приношу неприятности. У меня дурной нрав. Я не умею красиво говорить и наживаю врагов.

Сварт даже отвечать не стал, взял палку и принялся ворошить угли, чтобы жар не угас. Тулле тихонько насвистывал, глядя на поднимающиеся к темному небу искры. Видарссон переводил взгляд с них на Аднтрудюра, надеясь, что кто-то из них скажет вместо него.

Ответил Плосконосый:

— Ты единственный, кто предложил хоть что-то. Альрик лишь обвинял всех подряд, а ты решил действовать. Я не люблю сидеть и ждать, лучше пойти и отомстить. А если это Скирикр, так я готов умолять, чтобы ты взял меня с собой.

Я усмехнулся.

— Я не такой, как Альрик. Когда он придет в себя, то найдет нужных людей, все вызнает и выстроит хитрый план, чтобы отомстить Скирикру чужими руками, или заманит его в ловушку, как это было на туманном острове. Я же, если увижу Скирикра, врежу ему по морде, получу вызов на бой и сдохну на его мече.

— Нет, не врежешь, — сказал Тулле, все так же глядя в небо. — Кай пятирунный может бы и врезал, а Кай хускарл — уже нет. Ты изменился после той ночи на болотах. Словно мудрость Альрика перешла к тебе.

— Чушь. Да и не знаю я, что делать в Сторборге. Нас мало, мы слабы. Серебра не хватит даже на парус, не то что на целый корабль. Идти в другой хирд я не хочу, а карлов туда и